музей Н.А. Некрасова в Карабихе
Canadian Pharmacy Shipping Usa Cialis, Viagra Whithout Prescription canadianpharmacytopstore.com

Всему начало здесь… (стр.6)

К нему и отправился поэт в середине двадцатых чисел июня. Охотились менее недели. Вернулся Некрасов в конце месяца и сразу же принялся за стихи.

Первыми появились «Крестьянские дети», озаглавленные сначала «Деревенской комедией». Судя по датировке рукописи, работал над ними поэт с 1 по 14 июля. Очевидно, сюжет стихотворения сложился во время охоты с Гаврилой: его называют деревенские ребятишки, разглядывая незадачливого охотника-поэта. «В самом деле, разве можно выдумать форму этой идиллии? Этот сарай с цветами-глазками!» — вспоминает А. А. Буткевич историю стихотворения.

Одновременно с «Крестьянскими детьми», с 7 по 14 июля, Некрасов работал над стихотворением, начинающимся словами «Мы вышли вместе...». В «грешневской тетради» оно не имеет названия и стоит под тремя звездочками. В конце жизни Некрасов вторично записал это стихотворение по памяти, заметно изменив первые 16 строк и сделав два варианта подзаголовка:

а) «Тургеневу (писано и 1860 году, когда разнесся слух, что Тургенев написал «Отцов и детей» и вывел там Добролюбова)»;

б) «Т-ву (Писано собственно в 1860 году, к которому и относится. Теперь я только поправил начало)» (II, 662).

Поскольку Некрасов восстанавливал стихотворение по памяти спустя 12—15 лет, он мог и не запомнить точно дату написания. Датировка в «грешневской тетради»— «1861, 14 июля. Грешнево» (над текстом) и «7 июля» (подтекстом) — убедительно показывает время и место действительного создания его.

В 1913 году В. Е. Евгеньев-Максимов, проанализировав стихотворение, пришел к мысли, что оно адресовано не Тургеневу, а Герцену, так как многие «упреки» поэта более подходят к Герцену.

Хотя в собраниях сочинений Некрасова стихотворение публикуется под заглавием «Тургеневу», спор об адресате его продолжается и поныне.

Стихотворения «Похороны» и «Тургеневу» говорят об одном: меняется настроение Некрасова. Радостное чувство, прозвучавшее в первых строках «Свободы», поблекло. И причины тому есть.

Причины — в жизни деревни: «Суд приехал... допросы...— тошнехонько!» Вот и скажи после этого: «С детства никем не запуган, свободен...» Ведь вся машина самодержавия осталась.

Причины и в самом прогрессивном лагере. Ведь не просто так — ни с того ни с сего — взял и написал Некрасов именно здесь, именно сейчас «Мы вышли вместе...». Кому бы это стихотворение ни было адресовано — Тургеневу ли, Герцену ли, смысл один: силы-то раздваиваются! Вчерашние друзья отступили на полпути.

И что же? луч едва блеснул

Сомнительного света,

Молва гласит, что ты задул

Свой факел... ждешь рассвета (II, 121).

Более того — вместо врага они «бьют по своим»:

Щадишь ты важного глупца,

Безвредного ласкаешь

И на идущих до конца

Походы замышляешь...

(В «грешневской тетради» было еще острее: «И на идущих до конца Удары направляешь».) Нет, так поступать нельзя!

Непримиримый враг цепей

И верный друг народа,

До дна святую чашу пей,

На дне ее — свобода! (II, 122)

В этом стихотворении — общественная, социальная оценка положения, какое сложилось по представлению Некрасова в ту пору в прогрессивном лагере.

Нам сейчас, задним числом, легко раскладывать по полочкам—либералы, революционные демократы... А для Некрасова и Тургенев и Чернышевский — оба были дороги, с обоими его связывала дружба, и разрыв с любым из них причинял боль. Он и теперь не теряет надежды на соединение их в одном строю. Под каким знаменем?

До дна святую чашу пей,

На дне ее — свобода!

Только так! И это делает честь Некрасову-гражданину, Некрасову-поэту. Но ведь за строками стихотворения — невольное воспоминание о недавнем разрыве Некрасова-человека с другом, человеком — Тургеневым, а может быть, и отголоски недавно нашумевшего «огаревского дела». Не мог не вспомнить о нем Некрасов, коль оглянулся назад и думал о Герцене.


... Назад     Вперед ...

| Главная | Наверх |
© 2012 - 2017, Некрасов в Карабихе